Сайт работает в тестовом режиме!
07 Январь, 2026   |   18 Раджаб, 1447

город Ташкент
Фаджр
06:24
Шурук
07:49
Зухр
12:34
Аср
15:29
Магриб
17:14
Иша
18:32
Bismillah
07 Январь, 2026, 18 Раджаб, 1447

Газета «The Times»: Узбекистан - дружелюбие, готовность помочь, жизнерадостность

10.04.2025   6065   7 min.
Газета «The Times»: Узбекистан - дружелюбие, готовность помочь, жизнерадостность

В печатной и электронной версиях одной из старейших и наиболее влиятельных ежедневных газет Великобритании «The Times» опубликована статья под заголовком «Прю Лит: Путешествие моей мечты по Шёлковому пути в 85 лет», сообщает ИА «Дунё».
В ней британский кулинарный писатель Прю Лит рассказывает о своем трёхнедельном индивидуальном путешествии по Узбекистану делится своими впечатлениями и открытиями.
Автор пишет, что с первых минут посещения Узбекистана она почувствовала, что попала в атмосферу открытости и гостеприимства.
«Как только нас заметил пограничник с узбекской стороны, он сразу поспешил нам на помощь. Это задало тон всей поездке по Узбекистану - дружелюбие, готовность помочь, жизнерадостность. Он усадил нас в машину, чтобы мы могли встретиться с нашим гидом, Камиллой Джалаловой, которая вместе с водителем сопровождала нас на всём протяжении путешествия», - делится британская гостья.
Она пишет, что, как и многие британцы, она не смогла бы указать Узбекистан на карте и не имела ни малейшего представления о том, что через нашу страну прошли такие цивилизации, как персидская, греческая и русская. Но названия её городов — Хива, Бухара и Самарканд — звучали для нее весьма заманчиво.
Путешествие автора началось в Хиве, где она со своим супругом остановилась в отеле «Feruzkhan», расположенном внутри крепостной цитадели. 
«Ранее это была медресе — религиозная школа, — а теперь бывшие комнаты студентов превращены в современные уютные номера, расположенные вокруг прохладного тенистого двора. Главной достопримечательностью города стало для нас Кальта минор — самый известный минарет Хивы, так и оставшийся недостроенным. Амин-хан, заказавший её строительство в 1852 году, был убит через три года, и работы остановились. Рядом с оставшимся изысканно украшенным изразцами 29-метровым минаретом находится завершённый минарет, на который можно подняться, чтобы полюбоваться видом на город», - поясняет она.
По дороге из Хивы в Бухару гости останавливались у дороги, чтобы попробовать сладкие дыни, которые также произвели на них приятный вкусовой шок. 
Автор живописно рассказывает о примечательных местах Бухары - площади Ляби-Хауз, статуе Насреддина, медресе Мир-Араб, мечети и минарете Калян, цитадели Арк.
«Бухара славится своими прохладными крытыми базарами с куполами. Здесь можно найти украшения, изделия из дерева, шёлк, ковры, одежду и всевозможные продуктовые рынки. Даже повсеместные туристические сувениры, такие как изящно вырезанные складные подставки для книг и шахматные наборы, отличались высоким качеством», - пишет Прю Лит.
Автор также отметила профессионализм сопровождавшего их гида: «она рассказывала только то, что действительно нужно знать, не поддаваясь искушению выложить всё подряд, и тонко чувствовала, когда хочется просто постоять и посмотреть вокруг».
В Бухаре гости посетили студию Давлата Тошева — известного миниатюриста и каллиграфа — и приобрели два рисунка, выполненных его учениками. С вершины бывшей водонапорной башни они полюбовались панорамой города, а также стали свидетелями того, как четыре члена семьи, владеющей кондитерским бизнесом, тянули, месили, растягивали и перекручивали кусок ароматизированного сахара размером с автомобильную шину, превращая его в халву. 
Переходя к узбекской кухне, автор дает ей свою профессиональную оценку, и оценка эта очень высока.
«Мы покинули Бухару и отправились в Самарканд — центр Великого шёлкового пути, магнит для романтиков, поэтов и искателей приключений, город, где Александр Македонский влюбился в Роксану. Но Самарканд — это не только романтика. Это также город Амира Темура, который завоевал огромную часть Центральной и Западной Азии во второй половине XIV века», - продолжает британская путешественница. 
Она пишет, что некрополь Шахи-Зинда, где покоятся женщины династии Темуридов, стал абсолютной жемчужиной путешествия.

«Мавзолеи, спрятанные в узких проходах, украшены резной терракотой и изысканными плитками насыщенных синих оттенков. Сам мавзолей Амира Темура — величественный, позолоченный и вдохновляющий. Наследие Темура ощущается в Самарканде повсюду. Регистан — комплекс медресе, построенных с XV по XVII век — когда-то был назван индийским правителем Джорджем Кёрзоном в 1888 году «величайшей общественной площадью в мире». Улугбек, внук Темура, заказал строительство многих прекраснейших зданий Самарканда, включая медресе Улугбека — первого из зданий, окружающих Регистан, — а также огромной обсерватории. Он был известным покровителем науки, при котором работали 60 математиков и астрономов», - завершает автор свой рассказ о Самарканде. 
Путешествие из Ташкента через горы Тянь-Шаня в плодородную Ферганскую долину автор назвала одним из самых красивых в мире.
«Далеко внизу течёт Сырдарья, а за каждым поворотом открываются всё новые горные хребты. Пять часов пути пролетели слишком быстро — я бы с удовольствием ехала весь день. Мы прибыли в Маргилан и сразу направились на шелковую фабрику «Ёдгорлик». Там мы увидели мастерский процесс создания ткани икат — когда нити окрашивают по особой технологии перед тем, как соткать ткань. Конечно, я не смогла устоять и приобрела потрясающий чёрно-розовый кафтан, а Джон — две наволочки и настенное панно из иката. Пришлось купить ещё два чемодана, чтобы увезти все наши сокровища домой», - восторгается британская путешественница.
В Риштане британцы познакомились с Олимом Нарзуллаевым — мастером-гончаром в седьмом поколении, занимающимся традиционной керамикой. Они могли наблюдать, как керамист формировал горшок и тщательно вытачивал его края, и будучи незрячим, полагался только на осязание. 
«Мы приобрели тарелку, за росписью которой наблюдали лично — сын мастера расписывал ее традиционным цветочным орнаментом, без шаблона, просто, быстро и уверенно повторяя движения, которые мужчины в его семье передавали из поколения в поколение», - продолжает свой рассказ Прю.
Завершая повествование, она пишет, что трёхнедельный курс по истории Шёлкового пути — это не повод для хвастовства, а Узбекистан охватывает лишь часть этой истории, но всё же это путешествие было невероятно увлекательным. 
«Архитектура, градостроительство, сады, живопись и керамика — всё это произвело на меня глубокое впечатление, - пишет она. - Это действительно было путешествие всей жизни. Конечно, есть приключения, от которых жаль, что пришлось отказаться. Но в мои 85 лет я счастлива, что способна выдержать три недели насыщенных экскурсий, путешествий и восхищений. И я хочу ещё». 

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Другие посты
Новости

Арабский эксперт: «Минувшие дни» — узбекский реалистический роман об истории Центральной Азии

05.01.2026   1828   6 min.
Арабский эксперт: «Минувшие дни» — узбекский реалистический роман об истории Центральной Азии

Популярное египетское электронное и печатное издание «Ал-Масрий ал-Йаум» опубликовало обстоятельную статью, посвященную знаменитому роману Абдуллы Кадыри «Минувшие дни» («Уткан кунлар»), передает ИА «Дунё».
В ней сообщается, что египетским издательством «Дар аль-Маариф» издан переведенный на арабский язык роман «Минувшие дни» («Уткан кунлар») классика узбекской литературы Абдуллы Кадыри. Перевод романа осуществил профессор Мухаммад Наср ад-Дин аль-Джабали, один из наиболее видных египетских учёных и переводчиков в области литературы, авторитетный арабский специалист в этой тонкой и сложной сфере. 
Отмечается, что известный деятель культуры Мухаммад Наср ад-Дин аль-Джабали является активным членом Комитета по переводу при Высшем совете по культуре и внёс значительный вклад в области авторства, перевода и культурной координации. 
Опираясь на свой обширный лингвистический опыт, доктор аль-Джабали говорит о романе «Минувшие дни» как о произведении уникальном в своём роде для тех, кто стремится познакомиться с историей Узбекистана. Он отмечает, что роман с большой глубиной раскрывает страдания узбекского народа и трагедии, пережитые им в один из самых бурных периодов истории. 
Мухаммад Наср ад-Дин аль-Джабали подчёркивает, что перевод этого произведения был не столько лингвистической задачей, сколько литературно-историческим исследованием, потребовавшим внимательного отношения к названиям городов, памятников и событий, а также снабжения текста необходимыми примечаниями, чтобы подготовить арабского читателя к пониманию географических и исторических контекстов. Он работал с этим текстом как с человеческим и культурным документом, требующим искренности в передаче и точности в разъяснении его контекстов, чтобы голос автора и его проблематика дошли до арабского читателя ясно и достоверно.
Таким образом, работа доктора Мухаммада Наср ад-Дина аль-Джабали представляется естественным продолжением его научного пути и глубокой интерпретацией, подчёркивающей ценность романа и значение его перевода для обогащения знаний читателя об истории Центральной Азии и памяти её народов.
«В начале произведения автор обращается к читателю с предельно кратким предисловием, в котором говорит, что написал эту книгу, движимый желанием осветить тёмную эпоху, продолжая то, что начал в своих предыдущих произведениях, таких как «Тахир», «Бур-хак Арслан», «Четыре одалиски», «Кара-Марджан» и «Мир Узяр». Он считает «Минувшие дни» небольшой, но необходимой попыткой открыть дверь к познанию через возвращение в прошлое — не как к усечённой ностальгии, а как к пути понимания настоящего и исправления ошибок, закрепившихся в историческом повествовании», - говорится в статье.
Роман «Минувшие дни» является вехой в истории литературы Центральной Азии — не только потому, что это первый узбекский реалистический роман, но и потому, что он представляет собой человеческий и исторический документ, заново выстраивающий коллективную память древнего народа в переломный момент его истории. 
Подчеркивается, что особую значимость этой критической интерпретации придаёт обстоятельный арабский перевод, выполненный профессором доктором Мухаммадом Наср ад-Дином аль-Джабали, который не ограничился лишь языковой передачей текста, но осознанно вник в детали, скрытые между строк. Он представил фундаментальное произведение, устраняющее разрыв между арабской и узбекской культурами, позволяя арабскому читателю открыть для себя природу этого повествования. Тем самым перевод выходит за рамки прямой семантической функции и поднимается до уровня цивилизационного посредничества: переводчик сохранил дух оригинального текста и его культурные коды, о чём он сам указывает в своём предисловии, что даёт арабскому читателю возможность ощутить повествовательную эстетику и историческую глубину произведения.
Издание подробно остановилось на личности автора — Абдуллы Кадыри (1894–1938), которого называют «зеркалом нации».

Сообщается, что Кадыри вырос в Ташкенте в состоятельной семье, что позволило ему соприкасаться с различными слоями общества — от торговцев до ремесленников, от бедняков до элиты. Это разнообразное социальное формирование, в сочетании с его ранним осознанием сложных политических изменений начала XX века (между царским правлением и большевистской революцией), непосредственно отразилось на структуре романа. Кадыри заново воспроизводит историю через трагедию отдельной личности — Атабека — и его возлюбленной Кумуш, пытаясь осмыслить корни социального отставания и политического деспотизма, пережитых Туркестаном в «эпоху последних ханов».
Однако при семиологическом прочтении произведения обнаруживается, что текст выстраивает коммуникационную стратегию с читателем, основанную на диалектике «предвосхищения и подтверждения». Уже с первого порога текста — подзаголовка «Горькая история любви, события которой происходили в Туркестане» — автор вводит читателя в состояние ожидания грядущей трагедии. Этот повествовательный договор направляет процесс восприятия, и читатель начинает следить за знаками, подтверждающими неизбежность катастрофы. Структура текста не оставляет места счастливым иллюзиям: каждая деталь — от описания «кровавых туч, нависших над Ташкентом», до «суровой погоды Маргилана» — функционирует как семиотический знак, подтверждающий ожидание того, что эта индивидуальная любовь разобьётся о скалу нестабильной социальной и политической реальности.
По мнению переводчика, несмотря на относительную протяжённость и насыщенность событиями, это произведение выходит за рамки романтической истории, превращаясь в семиологическое вскрытие общества, находящегося под гнётом традиций и обычаев, которые, пусть и бывают слепо несправедливыми, ставят читателя перед большим вопросом: где проходит граница между сохранением традиции ради идентичности и ценностной системы — и застывшим консерватизмом, препятствующим модернизации и внимательному вслушиванию в будущее. 
Заслуга переводчика, профессора доктора Мухаммада Наср ад-Дина аль-Джабали заключается в том, что он представил этот «плотно выстроенный» текст на выразительном арабском языке, сохранив «поэтику» узбекской боли и поставив читателя перед зеркалом истории, в котором отражаются настоящее и прошлое, подтверждая, что подлинная литература — это та мелодия, которая «преодолевает пространство и время».

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости Узбекистан