Абдулазиз ар-Рашиди каллиграфией начал заниматься еще в 80-е годы в Медине, где он родился, пишет Раваа Таласс для Arab News.
Калям, основной инструмент, используемый в арабской каллиграфии, стал первой любовью саудовского каллиграфа и преподавателя искусств Абдулазиза ар-Рашиди. Он увлекся этим ремеслом ещё в начальной школе в 1980-х годах в своем родном городе Медина. Но в то время каллиграфии в Саудовской Аравии не уделяли должного внимания. «Искусство не считалось чем-то важным. В то время люди думали, что оно не может приносить деньги. По данным издания «Исламосфера», для них это была пустая трата времени… Никто из моих друзей не разделял мой интерес, и не было институтов каллиграфии, которые могли бы развивать таланты. Ситуация была очень сложной», – говорит он. Его поддержал только отец.
В 1993 году ар-Рашиди познакомился с каллиграфом из Медины Ахмадом Диа и начал учиться у него. Он также обучался, копируя работы Хашима аль-Багдади, выдающегося иракского каллиграфа, педагога и автора ряда книг по этому искусству. Художник описывает эпоху до появления социальных сетей как «по-настоящему темный период», когда не было возможности проводить выставки или делиться своими работами с другими. «В тот период не хватало (возможностей) и даже хороших материалов, таких как калямы и бумага», – вспоминает он.
Однако с появлением социальных сетей, в первую очередь Facebook, и открытием нескольких художественных галерей, в том числе галереи Athr в Джидде в 2009 году, ситуация кардинально изменилась. Сегодня ар-Рашиди может делиться своими работами в Instagram и на других платформах, демонстрируя навыки, которые он оттачивал на протяжении трех десятилетий.
Не ограничившись подражанием мастерам прошлого, Абдулазиз ар-Рашиди пошел дальше, вводя инновации в древнее искусство. Он считает, что на протяжении многих лет каллиграфия топталась на месте, впав в застой. «Многие заявляли, что арабская каллиграфия достигла своего расцвета и к ней уже нельзя добавить ничего нового. Но такая идея неверна», – говорит он.
Художник изобрел свой собственный стиль в каллиграфии, который он называет «3punt». По его словам, название связано с размером букв, которые пишутся тремя разными калямами. «Обычно в арабской каллиграфии используется один калям. Но я обнаружил, что изначальная громоздкость арабского письма и использование только одного каляма не позволяют создавать новые формы», – говорит он. Каллиграфия ар-Рашиди, основанная на строгом наборе правил и отличающаяся легкостью и элегантностью, содержит 55 «подтипов письма».
Отвечая на вопрос, в чем же заключается непреходящая привлекательность арабской каллиграфии, мастер заявляет: «Я считаю, что это связано с ее святостью. Аллах был источником вдохновения для каллиграфов и создания ими новаторских способов письма. Я чувствую, что в арабских буквах содержится священный свет».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Звезда «Барселоны» и сборной Испании Ламин Ямаль рассказал о том, какое успокаивающее влияние оказывает на него мечеть.
По сообщению IQNA со ссылкой на "Cairo 24", Ламин Ямаль, звезда «Барселоны» и сборной Испании, поделился своими чувствами после посещения мечети шейха Зайда в Дубае и подчеркнул, что пребывание в мечети дарит ему умиротворение.
Его визит в мечеть шейха Зайда в Объединенных Арабских Эмиратах состоялся в рамках участия Ямаля в церемонии вручения наград Globe Soccer Awards в Дубае. Молодой игрок «Барселоны» недавно посетил Объединенные Арабские Эмираты для участия в этой престижной церемонии.
На церемонии Globe Soccer Awards были отмечены лучшие звезды испанской лиги сезона 2024–2025 годов. На этой церемонии Рафинья, одноклубник Ямаля, был признан лучшим игроком, Ханси Флик — лучшим тренером, а сам Ямаль получил награду лучшего молодого игрока.
Ямаль описал свои чувства после посещения мечети шейха Зайда так: "Мы провели день в мечети, и, честно говоря, мечеть дарит сильное чувство умиротворения; независимо от того, какую религию вы исповедуете, если вы туда пойдете, вы почувствуете покой".
Испанская звезда подчеркнул, что духовная атмосфера внутри мечети дарит каждому посетителю, независимо от его религиозной принадлежности, глубокое чувство умиротворения.
Он также сказал, что его мусульманская вера углубила в нем личное чувство покоя и мира.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана