Захран Мамдани активно взаимодействует с сообществами Нью-Йорка разных религиозных и культурных направлений, передает IslamNews. Новый мэр Нью-Йорка Захран Мамдани начинает первые дни месяца Рамадан, стремясь воплотить духовные смыслы поста — как в богослужении, так и в служении жителям крупнейшего города страны. Это происходит спустя несколько недель после того, как город оправился от серьёзного снежного шторма.
Газета The New York Times пишет, что Мамдани — первый мусульманин на посту мэра Нью-Йорка — с 2021 года, когда он вошёл в Ассамблею штата Нью-Йорк, стремится вдохновляться духом Рамадана в своей общественной деятельности. Он подчёркивал это и во время своей избирательной кампании в прошлом году.
В марте прошлого года, в разгар кампании, Мамдани опубликовал фотографию, на которой он разговляется в вагоне метро. Снимок набрал более миллиона просмотров и вызвал широкую дискуссию в социальных сетях.
Особенный Рамадан
По прогнозам издания, нынешний Рамадан будет для Мамдани совершенно иным — из-за плотного графика работы в мэрии и ежедневного давления, связанного с управлением крупнейшим городом страны.
Его помощница Зара Рахим сообщила, что в первые дни поста мэр организует ифтары с пожарными, курьерами и другими работающими в городе мусульманами. Это часть стратегии, направленной на развитие общественных инициатив и укрепление связей с жителями в духе ценностей Рамадана.
Мамдани продолжит свою обычную активность: будет выступать с речами, встречаться с избирателями по всему городу, разговляться в любимых местных ресторанах, а также поддерживать программы раздачи еды, организуемые мечетями, принимающими большое число мигрантов.
Кроме того, он намерен включить элементы своей предвыборной стратегии Рамадана в повседневный стиль управления городом и планирует записать несколько видеороликов, посвящённых месяцу поста.
Команда мэра также собирается активнее взаимодействовать с мусульманскими общинами выходцев из Западной Африки, Южной Азии, Ближнего Востока, а также с афроамериканцами, чтобы подчеркнуть культурное разнообразие Нью-Йорка.
Значение Рамадана
По мнению The New York Times, первый Рамадан на посту мэра даёт Мамдани возможность представить исламский культурный опыт в Нью-Йорке широкой аудитории.
Издание отмечает, что месяц поста проходит в непростых условиях для многих мусульман города из-за влияния внутренних и мировых политических событий на их сообщества.
На фоне продолжающейся два года войны Израиля в Газе жители сектора встречают Рамадан среди руин своих домов, тогда как представители диаспоры испытывают чувство бессилия, не имея возможности помочь. Кроме того, мусульманские мигранты в США опасаются возможных проверок со стороны иммиграционных служб во время молитв и коллективных ифтаров.
Сторонники Мамдани надеются, что этот Рамадан станет источником дополнительной гордости для мусульман города, которые после терактов 11 сентября 2001 года сталкивались с различными формами притеснений и ростом исламофобии.
Сам Мамдани также подвергался нападкам религиозного и расового характера во время предвыборной кампании и выражал обеспокоенность тем, что нынешний политический климат делает мусульман в Нью-Йорке менее защищёнными.
В то же время Рамадан даёт ему возможность продемонстрировать пример сочетания религиозной практики и выполнения обязанностей политического лидера.
Снежный кризис
Мамдани продолжает исполнять обязанности в Рамадан после того, как получил широкую похвалу за действия во время зимнего шторма и обильных снегопадов 25 января, сообщает издание Politico.
По данным портала, как только снег начал идти в ранние часы того дня, городское управление немедленно приступило к работе. Были мобилизованы более 5000 сотрудников и 2500 единиц техники, которые трудились 12-часовыми сменами, расчищая дороги и посыпая их солью. Мамдани лично участвовал в уборке снега.
Отмечается, что мэру удалось избежать наиболее катастрофических сценариев — паралича отдельных районов из-за сугробов или массовых ДТП на обледеневших дорогах, подобных тем, что жители помнят по снежным бурям 2010 и 2018 годов.
По информации Politico, успех был достигнут благодаря привлечению опытных государственных управленцев, включая первого заместителя мэра Дина Флихана.
Демократический консультант Джон Пол Лобо отметил, что в прошлом снежные бури наносили серьёзный политический ущерб городским властям, но на этот раз ситуация развивалась иначе.
Несмотря на это, Мамдани продолжает сталкиваться с критикой со стороны оппонентов. Бывший мэр Билл де Блазио, представитель Демократической партии, публично выступил в его защиту, заявив, что Мамдани будет и дальше противостоять правым предвзятым нападкам и продолжит реализовывать свои ключевые предвыборные обещания.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
На международной научно-просветительской платформе Центра исламской цивилизации в Узбекистане активно продолжается научно-исследовательская работа. Среди ряда научно-популярных книг, которые в настоящее время готовятся к изданию, есть и исследования, посвящённые историко-культурному наследию народов Центральной Азии за рубежом и их многовековым связям. Одним из таких изданий является сборник научных статей, посвящённых истории Узбекской обители — «Узбекской ханаки», расположенной в районе Ускюдар, в местности Султантепе города Стамбула.
В данной книге подробно освещается история обители, которая на протяжении почти двух столетий служила важным местом остановки и пребывания паломников, отправлявшихся из Центральной Азии через Стамбул в хадж, представителей накшбандийского тариката, поэтов и писателей, интеллектуалов, а также наших соотечественников, совершавших поездки с различными целями, передает iccu.uz.
Важный пункт на пути паломников, совершавших хадж
Историю формирования Узбекской обители невозможно представить в отрыве от связей Стамбула с Центральной Азией в османский период. В то время один из маршрутов паломников из Центральной Азии, направлявшихся в Мекку и Медину для совершения хаджа, проходил через Стамбул. Для подготовки к следующему этапу путешествия они на определённое время останавливались в городе.
Узбекская обитель, построенная в 1752–1753 годах, стала важным местом для таких паломников. Здесь путешественники отдыхали, совершали молитвы и готовились к дальнейшему пути. Впоследствии функции обители расширились, и она превратилась в постоянное место пребывания узбеков, проживавших в Стамбуле, а также представителей накшбандийского тариката, прибывавших из Центральной Азии.
В исторических источниках отмечается, что обитель была открыта не только для паломников, совершавших хадж, но и для представителей науки и просвещения. Здесь проводились различные беседы, научно-просветительские встречи, поэтические вечера и культурные мероприятия, принимались гости. Узбекские ханаки в Стамбуле в целом выполняли для паломников из Центральной Азии функции места ночлега, религиозного обучения и просвещения, а также культурного и социального центра.
Накшбандийский тарикат и просветительская среда
Особое место в истории Узбекской обители занимает накшбандийский тарикат. В книге на основе архивных источников исследуются суфийская деятельность обители, жизнь шейхов и их участие в общественной и просветительской жизни.
Обитель формировалась не только как место зикра и поклонения, но и как просветительская среда, где представители интеллигенции, поэты и учёные-богословы, прибывавшие из Центральной Азии, могли общаться друг с другом. Здесь проводились беседы и дискуссии на различные темы, продолжались литературные и просветительские традиции.
Масштаб просветительской деятельности обители отражают и сохранившиеся в ней письменные источники. В частности, на айване ханаки сохранилась надпись, выполненная в 1182 году по хиджре, то есть в 1769 году по григорианскому календарю, на староузбекском языке арабской графикой. В ней отражён статус обители как центра накшбандийского тариката.
Новые сведения об истории вакфа обители
Одним из важных научных результатов книги является пересмотр на основе архивных документов сведений об истории вакфа Узбекской обители и её правовом статусе.
В результате исследований были уточнены некоторые сведения, ранее приводившиеся в научной литературе. В частности, установлено полное имя Шейха Абдуллы, упоминаемого как первого шейха обители: Саййид Шейх Абдулла Акбар Афанди ибн Асадуллаха ал-Узбеки.
Вместе с тем на основании архивных документов был пересмотрен существовавший ранее взгляд о том, что для обители, построенной в 1752–1753 годах, отдельный вакф был учреждён непосредственно в первоначальный период её существования. Согласно результатам исследования, отдельный вакф для Узбекской обители был учреждён в 1788 году ал-Ходжа Халилом Агой ибн Ахмадом Афанди, благодаря чему был официально оформлен правовой статус обители.
В вакуфном документе обитель обозначена как накшбандийская ханака, при этом указано, что первоначально она предназначалась для обслуживания дервишей, прибывавших из квартала Каландархана города Самарканда. Впоследствии в условия вакфа были внесены изменения, и другим дервишам Накшбандийского тариката также было разрешено оставаться на ночлег в обители.
Эти сведения позволяют понять, что Узбекская обитель была не просто религиозным сооружением, а историческим учреждением, функционировавшим на основе определённой правовой, экономической и социальной системы.
Шейхи и роль обители в общественной жизни
В книге отдельно исследованы архивные сведения о шейхах обители. Они показывают, что шейхи играли важную роль не только в жизни самой обители, но и в поддержании связей между выходцами из Центральной Азии в Стамбуле.
В архивных документах отмечается, что в 1797 году улемы Мавераннахра — Шейх Абдурахим, Шейх Хамза, Шейх Мухаммад Салим и Шейх Абдукарим — вместе со своими спутниками, попросив убежища у Османского государства, остановились в Узбекской текке в Ускюдаре. Кроме того, сохранились документы, свидетельствующие о роли шейха обители Сулеймана Афанди в поддержке выходцев из Центральной Азии в XIX веке.
Подобные документы показывают, что Узбекская обитель была для людей, прибывавших из Центральной Азии в Стамбул, не просто местом остановки, но и социальным и просветительским центром, объединявшим их.
Экономическая и культурная деятельность
В исследовании не обойдены вниманием и экономические аспекты внутренней жизни обители. В частности, в отдельных научных статьях анализируются производственные процессы, бухгалтерские книги и экономическая деятельность, осуществлявшаяся в обители.
Также изучены архитектурные надписи и эпиграфические памятники обители, письменные источники, музыкальное наследие и произведения искусства. Это позволяет исследовать историю Узбекской обители не только как историю религиозного сооружения, но и как многогранного центра, отражавшего социальную, культурную и экономическую жизнь своего времени.
В некоторых архивных документах встречаются сведения об обращении шейха обители Сулеймана Афанди с просьбой предоставить необходимые для типографского обучения наборные инструменты и другие материалы. Кроме того, имеются сведения о деятельности, связанной с завией, построенной в Джидде для использования паломниками из Балха, Бухары, Коканда и Кашгара.
Роль в национально-освободительном движении
Ещё один важный аспект истории Узбекской обители связан с её деятельностью в период национально-освободительного движения в Турции.
В исследованиях, представленных в книге, освещается роль обители в последние годы существования Османской империи и в период Турецкой национально-освободительной войны. В частности, приводятся сведения о том, что в 1919 году в обители был размещён госпиталь для солдат турецкой национальной армии.
Таким образом, место, которое когда-то служило остановкой для паломников и путешественников, впоследствии стало непосредственным свидетелем сложных социально-политических процессов в истории региона.
Современное значение наследия предков
Сегодня Узбекская обитель в Султантепе имеет особое значение как уникальное культурное наследие недавнего прошлого наших предков для наших соотечественников, посещающих Турцию.
История обители свидетельствует о существовании многовековых культурных и просветительских связей между Узбекистаном и Турцией, сформировавшихся задолго до современного этапа отношений между двумя странами. Эти связи, складывавшиеся благодаря паломникам, учёным-богословам, шейхам, поэтам и представителям интеллигенции, прибывавшим из Центральной Азии в Стамбул, охватывали наряду с религиозной жизнью также литературу, науку, искусство, торговлю и социальные отношения.
С этой точки зрения изучение истории Узбекской обители важно не только для исследования судьбы одного исторического памятника, но и для понимания продолжительных цивилизационных связей между Центральной Азией и османским миром.
Исследования, вошедшие в книгу
В готовящейся к изданию книге собраны научные статьи, посвящённые различным направлениям истории Узбекской обители. В частности, в неё вошли исследования Хасана Демирташа «Дипломатический и структурный анализ вакуфного устава Узбекской обители в Ускюдаре», Эркана Овуджа «Архивные сведения о шейхах Узбекской обители», Серпил Озджан «Место остановки путешественников: Узбекская обитель в Султантепе», исследование Умара Фарука Джана, посвящённое производственной и экономической деятельности обители, а также статья Умара Кёчйигита об эпиграфических надписях Узбекской обители.
Кроме того, содержание книги дополняют исследование Марвы Кубро Инжи о роли Узбекской обители в период национально-освободительных движений, анализ Мелиха Садыка Кучюкера семейных архивных документов, связанных с деятельностью Шейха Ато и Шейха Наджмиддина в обители, а также исследование Сулеймана Эргюнара, посвящённое музыкальному наследию Узбекской обители.
В издании также опубликована статья научного секретаря Центра исламской цивилизации в Узбекистане Рустама Жабборова под названием «Узбекская святыня Стамбула». В ней рассказывается об историческом значении этого места, его роли в жизни паломников, совершавших хадж, и представителей накшбандийского тариката, его связях с Центральной Азией, а также о его значении как объекта культурного наследия в наши дни.
В целом исследования, собранные в данной книге, направлены на переосмысление истории Узбекского даргахa на основе различных источников — архивных документов, вакфнамэ, писем, записей и материалов личных архивов, её научное обогащение и введение новых сведений в научный оборот.
Подготовка подобных исследований в Центре исламской цивилизации в Узбекистане свидетельствует о том, что в рамках международной научно-просветительской платформы Центра истории Узбекистана, наследию предков и историко-культурным источникам, хранящимся за рубежом, уделяется внимание на основе нового научного подхода.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана