04 Октябрь, 2026, 23 Раби ас-сани, 1448
04 Октябрь, 2026, 23 Раби ас-сани, 1448
Растущая бедность и безработица среди мусульманского населения Нигерии приводят к социальному неравенству и появлению радикальных вооруженных группировок.
По сообщению IQNA со ссылкой на "Al Jazeera", мусульмане составляют более половины населения Нигерии, однако они явно отстранены от ключевых позиций в обществе и, особенно в северных регионах страны, живут в нищете.
Это способствовало появлению вооруженных группировок, таких как «Боко Харам».
Ислам пришел на север Нигерии в X веке, тогда как христианство было принесено британскими колонизаторами в XX веке и сосредоточено преимущественно на юге.
История этой страны была отмечена межконфессиональными конфликтами, вызванными географическими различиями, сотрудничеством с колониальными державами или сопротивлением им. Однако появление вооруженных группировок, таких как «Боко Харам» и других, в начале XXI века вынудило всех жить в условиях страха перед насилием.
Мухаммад Гарба, член парламента от штата Кано, заявил, что нападения этих группировок на мирное население не были связаны с религией, как утверждают американцы. Христиане убивают мусульман в центральных и северных регионах страны. По словам Гарбы, когда в штате Борно были похищены школьницы из Чибика, большинство из них были мусульманками.
Он подчеркнул, что беспорядки в Нигерии не ограничиваются последователями какой-либо одной религии.
Безработица и бедность
Мусульмане и христиане получают президентские посты через выборы, и самым богатым человеком в этой стране, а также во всей Африке, является Али Кудангуоте (Элику Дангуоте) — мусульманин, родившийся на севере в городе Кано.
Тем не менее, большинство бедных и безработных мусульман Нигерии также проживают на севере из-за разногласий относительно государственной системы образования.
Шейх Ибрахим аль-Макари, имам мечети в Абудже, говорит: "Мусульмане действительно составляют большинство населения Нигерии, но они имеют наименьшее влияние и представительство в государственном и частном секторах, и все еще не могут занимать равные позиции с христианами в обществе".
Нигерия, имеющая более 100 миллионов мусульман (из общего населения около 240 миллионов), является самой большой африканской страной с мусульманским большинством. Большинство из них — сунниты, проживающие в северных штатах, включая Кано, Борно и Сокоото, которые представляли собой исторические королевства, существовавшие до установления границ Нигерии британской колониальной администрацией.
В XV веке Сокоото стало столицей султаната Сокоото — первого исламского государства в Западной Африке, которое распространяло суфийские идеи через тарикат Кадирия. С другой стороны, Кано является центром тариката Тиджания в Нигерии.
Мухаммад Сануси II, эмир Кано, пытаясь объяснить корни кризиса, говорит: "Очень легко сказать, что север беден, а мусульмане бедны, потому что их вытеснили на обочину общества, и поэтому они должны бороться за восстановление своих прав. Таким образом, ислам превращается в инструмент оправдания насилия, тогда как эти проблемы на самом деле связаны с экономическим застоем, отсутствием развития и нехваткой рабочих мест".
Молодежь на севере рассматривается как неграмотная, поскольку система образования Нигерии признает только британскую колониальную учебную программу, которую отвергает значительная часть мусульманского населения. Они придерживаются сначала местного языка, а затем арабского языка как языка Корана. Именно из этого принципа возникла группировка "Боко Харам", название которой означает отказ от западного образования и всего, что с ним связано.
Хотя правительство полагается на религиозных ученых в борьбе с экстремизмом, мусульмане полагаются на правительство в обеспечении сосуществования всех граждан. Они считают, что проблема заключается не в идеологии, а в бедности, а безработица порождает лишь отчаяние.
Сосуществование в Нигерии — это не просто символический жест, особенно учитывая, что число мусульман равно числу христиан, а возможно, даже превышает его.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Али Реза Сафа, турецкий переводчик Корана, в своей работе стремится максимально заменить традиционную терминологию арабскими эквивалентами на турецкие аналоги. Это вызвало протесты со стороны ряда ученых-богословов страны.
Как сообщает IQNA, в период Османского халифата процесс перевода Корана на турецкий язык столкнулся с застоем из-за религиозных фетв и законодательных запретов на перевод священного текста. Однако после распада халифата этот процесс начал стремительно развиваться.
За последние сто лет в Турции было опубликовано более 150 переводов Корана на турецкий язык. В связи с этим маловероятно, что новые работы могут содержать нечто принципиально новое. Тем не менее, ежегодно появляются новые переводы: как подробные издания с научными комментариями, подготовленные группами академиков, так и частные интерпретации текста.
Жалобы турецких ученых на «искажающий» перевод Корана
Одним из относительно недавних примеров является перевод под названием «Kur’an Gerçek» («Истинный Коран»), автором которого является Али Реза Сафа (Ali Rıza Safa).
Впервые опубликованный в 2014 году издательством İlker в Стамбуле, этот труд подвергся резкой критике. С тех пор вышло несколько изданий: одно — с подробным введением и комментариями (2014 и 2018 гг.), другое — только с самим текстом перевода (в различных редакциях, последняя из которых датируется 2021 годом). Все издания выпущены одним и тем же издателем, а название последних версий было изменено на «Kur’an-i Kerim Gerçek» («Истинный Священный Коран»).
Новые редакции также претерпели некоторые изменения в самом тексте. В 2016 году первый выпуск в городе Кайсери вызвал скандал. Группа местных мусульманских ученых подала жалобу в региональные власти, утверждая, что данное издание содержит искажения священного текста, и потребовала прекратить его распространение. Тем не менее, это не привело к юридическим последствиям для автора или запрету на распространение перевода. Однако возникает вопрос: что именно в этом переводе вызывает столько споров?
Во-первых, практически нет информации об академическом бэкграунде Али Резы Сафы. Он также публиковал книги на религиозные темы, например, «Истинная религия в свете истины» (Стамбул, 2021). Судя по всему, он не имеет связей с официальными научными кругами и институтами исламского богословия Турции. В Турции принято, что религиозные труды публикуют преимущественно выпускники факультетов теологии (Ilahiyat).
В изданиях отсутствует информация об авторе, однако на обложке содержится политически окрашенное утверждение: «Если бы не Мустафа Кемаль Ататюрк, турецкий народ не смог бы читать Коран на турецком языке». В предисловии к версии 2021 года имя Ататюрка упоминается дважды: сначала в посвящении великому деятелю истории Турции, а затем в тезисе автора о том, что именно Ататюрк сделал Коран доступным для чтения на турецком языке после «тысячелетнего запрета».
Это высказывание вызывает ряд вопросов. Безусловно, Ататюрк оказал влияние на процесс, так как современное понимание перевода Корана как самостоятельного текста (а не просто комментария) сформировалось именно в период национальных реформ Республики. Однако многие традиционные мусульманские ученые Турции связывают политику кемализма с секуляризацией и часто рассматривают попытки «тюркизации» ислама, предпринятые в ту эпоху, как нечто спорное, граничащее с ересью.
Перевод: духовный эквивалент или «деарабизация» Корана?
Если проанализировать лексику перевода, можно заметить признаки «секулярного кемализма». В то время как большинство современных турецких переводчиков используют термины, заимствованные из арабского (которые уже стали частью турецкого религиозного языка), Сафа стремится к их полной замене.
Например, при переводе первой суры Аль-Фатиха большинство переводчиков пишут: *«Hamd, âlemlerin Rabbi Allah’adır»* (Хвала Аллаху, Господу миров), сохраняя слово «Rab» (Господь). В то же время Сафа использует конструкцию «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun»* («Хвала да будет Аллаху, Владыке вселенных»). Здесь ключевым отличием является использование слова «Efendi» (Владыка/Господин) вместо традиционного для исламского контекста «Rab», что является попыткой полностью перестроить религиозный язык на светские турецкие рельсы.
Вместо этого Али Реза Сафа выбирает формулировку «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun». Здесь стоит отметить его необычный выбор для перевода слова «Rab» (Господь). В то время как почти все турецкие переводчики используют само слово «Rab» (которое также присутствует в турецком языке), Сафа выбирает слово «Efendi», которое носит более светский и обыденный оттенок обращения к уважаемому лицу.
Похожий путь ранее прокладывал Эдип Юксель (Edip Yüksel) — одна из неоднозначных фигур «реформистского ислама». Судя по всему, Али Реза Сафа в своей критике традиционализма следует по стопам Юкселя. В издании 2018 года, комментируя 79-й аят суры «Аль-Бакара», он отвергает концепцию «хадиса кудси» в мусульманской традиции, утверждая, что единственным откровением, полученным Пророком от Бога, является сам Коран.
В переводе религиозной терминологии автор продолжает придерживаться стратегии «локализации».
Например, в переводе 144-го аята суры «Аль-Бакара» он заменяет термин «Аль-Масджид аль-Харам» на «Kutsal yakarış evi» («Священный дом молитвы»).
Похоже, что для Али Резы Сафы эта «туркизация» текста — не только лингвистический вопрос, но и вопрос религиозной практики. В предисловии к изданию 2018 года он открыто высказывает мнение, что во время обязательных молитв (намазов) Коран следует читать на турецком языке, поскольку считает, что понимание смысла слов может «углубить духовность молитвы».
Таким образом, как отмечается в исследовании Байрама Кёсеоглу (Bayram Köseoğlu), опубликованном в 2021 году под названием «Являются ли переводы Корана тем же самым Кораном?», Сафа рассматривает перевод как «духовный эквивалент» арабского оригинала. Это объясняет и скандал, разразившийся вокруг его книги на книжной ярмарке в Кайсери в 2016 году.
Благодаря стратегии намеренной «деарабизации», данный перевод, безусловно, будет вызывать споры в традиционных религиозных кругах. Именно поэтому «Kur’an Gerçek» остается маргинальным трудом, хотя он представляет интерес как объект для изучения сложных процессов взаимодействия секуляризма и традиционализма в современной Турции.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 