Отправляемся в путешествие по малоизвестным достопримечательностям области, являющиеся объектами поклонения, передает Asia-Plus.
Андижанская область – древнейший регион Узбекистана. Она славится не только своими именитыми достопримечательностями, природными красотами, но и уникальными памятниками исламских традиций и объектами паломничества.
Предлагаем вам совершить маленькое путешествие по малоизвестным достопримечательностям Андижанской области, являющиеся объектами поклонения.
Мечеть «Девонабой»
В каждом городе есть знаковые места, которые делают его особенным. В Андижане таким местом является мечеть «Девонабой». Это невероятное по красоте здание архитектуры располагается в районе Эски шахар (Старого города).
Мечеть с двумя возвышающимися минаретами является крупнейшей мечетью Ферганской долины. Сооружение было возведено в 1899 году в самом центре Андижана, и с тех пор считается одним из самых посещаемых культовых объектов.
В 20-х годах прошлого столетия мечеть была закрыта. Но с 1944 года религиозное заведение действует непрерывно. В 2018 году мечеть была реконструирована. Сооружение было заметно расширено и теперь внутри могут одновременно молиться 5 тысяч человек.
Фасад и минареты украшены в восточном стиле, вход в мечеть имеет торжественный портал. Высота минаретов была увеличена до 35 метров. Внешний вид мечети сочетает в себе элементы традиционной восточной и современной архитектуры. Красивые стены здания, молельный зал, веранды, комнаты для омовения – стали местом спокойного и полноценного пребывания в мечети. Кроме того, прихожане могут посетить на территории мечети библиотеку и компьютерный зал. Сейчас мечеть стала настоящей визитной карточкой города.
Комплекс Джами
Всего в пяти минутах ходьбы от мечети, по улице Алтынкульская, располагается архитектурный комплекс Джами.
На его территории находятся мечеть Джами, медресе Джами, Андижанский краеведческий музей.
Главным достоинством мечети и медресе Джами является размер. Здания комплекса до сих пор считаются крупнейшими в Ферганской долине и одними из самых больших в Средней Азии.
Своеобразие зданию придают деревянные решетки с геометрическим рисунком – панджара, которые являются элементом декора. Медресе Джами представляет собой не только историческую ценность, но и архитектурную, и особенно следует отметить художественную резьбу по дереву, характерную для ферганских мастеров, которая присутствует в архитектуре медресе. Портал и купола здания украшает мозаика характерных для Востока цветов – синего и голубого.
Джума мечеть (Пятничная мечеть) была сооружена в западной части комплекса Джами. Мечеть представляет собой прямоугольное здание. С трех сторон мечеть окружают айваны с деревянными колоннами, искусно украшенными резьбой. Потолки мечети расписаны различными узорами, сочетающие в себе традиционные геометрические и растительные орнаменты. В начале XX века внешний декор представлял собой сложные узоры из майолики, а входной портал был украшен надписями из Корана.
Самым значительным элементом комплекса и мечети Джами считается минарет, который в высоту достигает 32 м. Он имеет необычный декор. Вся его поверхность отделана орнаментом в виде медальона, внутри которого арабским шрифтом выбиты изречения из Корана. Минарет был завершающим элементом комплекса. Сегодня еще можно увидеть водоём, который был сооружён перед минаретом, а так же небольшой парк, который раскинулся по всей территории комплекса.
Медресе Сайида Муйиддина Махдума
Это единственное исламское духовно-образовательное учреждение Андижанской области расположено в поселке Джалабек Алтынкульского района. Одно из крупнейших медресе в Ферганской долине основано в 1992 году в честь Сайида Муйиддина Махдума - известного просветителя, служившим главным мударрисом в крупнейшей в то время соборной мечети Андижана.
В 1925 году почтенный Махдум получил звание духовного деятеля в восточном Туркестане в Кашгарском районе западного Китая. Посвятив всю свою жизнь исламской науке, он умер в Андижанской области в возрасте 63 лет.
С момента основания здание функционировало в недостроенном помещении из 18 комнат. В 1996 году силами местного населения здание было отремонтировано и представляло 2-этажное здание, состоящее из 13 учебных комнат, 13-местного общежития.
В 2001 году началось строительство современного трёхэтажного здания учебного заведения, которое завершилось в 2003 году. Здание построено с элементами восточной и исламской архитектуры, с современной инфраструктурой, компьютерными и другими специализированными классами.
Медресе располагает богатой исламской и светской библиотекой, здесь же имеется современный информационный центр. При учебно-духовном учреждении есть небольшая мечеть. Исламское образование в медресе включает в себя изучение основ ислама - хадиса, тафсира, фикха, таджвида и других исламских дисциплин.
Археологический памятник Сарбон-тепа
Один из наиболее известных древних археологический памятников Андижанской области, относящийся к Железному веку, Сарбон-тепа расположен в северо-западной части от центра города Андижана на пересечении улиц Тутзор и Сужаат. К Сарбон-тепа также приодят с поклоном.
Первые раскопки древнего поселения были проведены в 60-70 гг XX века. Тогда были обнаружены первые культурные слои, относящиеся к 5-8 векам до н.э.
В 2001 году здесь небольшой группой ученых здесь были проведены раскопки, в результате которых были обнаружены культурные слои и глиняные изделия и каменные орудия, относящиеся к первобытному периоду жизни человечества.
Согласно археологическим исследованиям, Сарбон-тепа, была большой по площади территорией, примерно 1 гектар. Памятник датируется 6-4 века до н.э. и является частью культурного центра Эйлатон.
Территория древнего археологического памятника занесена в список особо охраняемых территорий, относящихся к древней истории Андижанской области.
Мечеть Хонако в Андижане
Мечеть Хонако - памятник исламской архитектуры, история основания которой относится к XV-XVI вв., а если быть точнее, к 1560 году. Мечеть Хонако расположена на территории Джалабекского района в 5 км от центра города Андижан. Здание состоит из украшенного купола, хонакоха, крытой и открытой террасы и минарета.
Мечеть была построена лицом на восток в старому гузару. Перед мечетью находится 15-16-метровая узорчатая башня, слева от здания, где находится старое кладбище, она стоит бок о бок с главной дверью здания.
Внутренний двор мечети составляют двухэтажные кельи, украшенные орнаментированными цветами и маковыми узорами, относящихся к 16-17 векам, а в летние месяцы посетители мечети могут насладиться свежей прохладой от небольшого хауза.
Внутренняя веранда состоят из прямоугольного помещения и трех боковых рядов колонн. Фундамент колонн мечети восьмиугольный, украшен тонкой резьбой и орнаментальными узорами и мозаикой.
На территории комплекса созданы все условия для зиерат-тура, а также здесь вы можете посетить древний археологический памятник "Куш-тепа", датируемый 3-8 веками до н.э., и расположенный на территории Джалабекского района.
Мавзолей Ходжа Абдуллох Тугдор
Мавзолей и комплекс Ходжа Абдуллох Тугдор расположен на территории центрального парка города Асака, неподалеку от сая Шахрихан. По историческим сведениям, здесь в VII веке была расположена столица Караханидского государства Езген.
В историческом произведении «Бабурнаме» упоминается о представители уважаемого рода сеидов, происходящих от самого пророка Мухаммада (САВ), Бурханиддине Киличе. Его род также был связан с самим Бабуром.
Когда было образовано Кокандское ханство, потомки этого рода были разосланы по всем соседним областям и селам. Среди них был Ходжа Абдуллох Тугдор. Прибыв в Асаку и обосновашись там, он начал проповедовать философию ислама среди местного населения.
Ходжа Абдуллох Тугдор похоронен на кладбище Писта-мозор в городе Асака примерно в 1840 году. Здесь и располагается уникальный мавзолей исламского просветителя.
Медресе Отакузи – старинная мечеть на воде
Старинное медресе Отакузи расположено в Пахтаабадском районе Андижанской области. Возраст здания составляет 115 лет. Уникальность этого медресе заключается в том, что оно практически расположено на воде, под стенами здания протекает канал.
Медресе названо в честь местного правителя ходжи Ота-кузи или Кузибай-ота. Он был состоятельным человеком, и при этом считал просвещение одной из составляющих основ ислама. Кузибай-ота решил построить на свои средства большое медресе.
Сегодня здание медресе переоформлено в мечеть. Туристы мало знают об этом объекте, несмотря на то, что удивительная мечеть имеет статус исторического памятника архитектуры. Но те, кто знает, обязательно вводят его в свой паломнический тур.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Страны Организации исламского сотрудничества, объединяющие 57 государств с населением почти в четверть человечества, обладают значительным потенциалом в сфере науки и инноваций. Однако пока они не занимают в этой области позиций, соответствующих их демографическому и ресурсному весу. Разрыв в ключевых показателях сохраняется, несмотря на отдельные успехи, передает IslamNews.
Важно учитывать, что средние показатели по ОИС занижены за счёт беднейших стран, которые не имеют ресурсов для развития науки. Внутри ОИС наблюдается значительный разрыв между передовыми и отстающими странами.
В VIII–XIII веках исламский мир был в числе лидеров мировой науки. Багдад, Кордова, Каир и Самарканд были крупнейшими центрами знаний, куда съезжались студенты со всего мира. В то время как в Европе ещё спорили о форме Земли, арабские географы уже преподавали по глобусам.
Этот расцвет стал возможен благодаря нескольким факторам. Государственная поддержка науки: Аббасидские халифы, особенно аль-Мамун, финансировали переводческие школы и создавали «Дома мудрости» (Байт аль-Хикма), где работали учёные разных религий и национальностей. Атмосфера свободомыслия: принцип иджтихада позволял учёным вести самостоятельный поиск, а теология не противопоставляла себя рациональному мышлению. Интернациональный характер науки: арабский язык стал языком науки, и мусульманские учёные не просто переводили греческие труды, но и развивали их — аль-Хорезми заложил основы алгебры, Ибн Сина написал «Канон медицины», который оставался стандартом в европейских университетах до XVII века, а Ибн аль-Хайсам разработал экспериментальный метод задолго до европейцев.
Перелом наступил постепенно. Историки выделяют несколько взаимосвязанных причин. Политическая раздробленность — распад единого государства на мелкие эмираты ослабил экономическую базу науки и прервал связи между научными центрами. Экономический сдвиг — открытие морского пути вокруг Африки (1498) перенаправило торговые потоки из Индийского океана в Европу, лишив ближневосточные порты доходов, которые ранее финансировали научные учреждения. Запаздывание с книгопечатанием — в то время как Европа с 1450-х годов активно печатала книги, в Османской империи арабский шрифт был официально введён только в 1727 году. Это замедлило распространение знаний и сделало книги дорогими.
В XVIII–XIX веках европейские державы, колонизировав значительную часть мусульманского мира, перестроили экономики этих стран под экспорт сырья, а систему образования — под подготовку административных кадров. Традиционные исламские научные школы были оттеснены на второй план, а разрыв между метрополиями и колониями в технологиях и науке закрепился институционально. Это привело к утере многих рукописей и разрыву научных традиций.
Таким образом, нынешний разрыв — результат исторического стечения обстоятельств: политического распада, утраты государственной поддержки и экономической базы, колониальной зависимости и как следствие технологического отставания.
Сегодня средние расходы стран ОИС на исследования и разработки составляют около 0,5% ВВП. В странах ОЭСР этот показатель достигает 2,30%, а в Израиле и Южной Корее превышает 5%. Россия по итогам 2025 года вошла в десятку мировых лидеров по абсолютному объёму внутренних затрат на исследования и разработки — 2,1 трлн рублей, или около 1% ВВП. В абсолютных цифрах Китай и США тратят на науку сотни миллиардов долларов, тогда как даже наиболее обеспеченные мусульманские государства Персидского залива направляют на эти цели несопоставимо меньшие средства.
Патентная активность показывает ту же картину. По данным Всемирной организации интеллектуальной собственности за 2025 год, общее число международных заявок PCT составило 275 900. На Китай пришлось 73 718 заявок, на США — 52 617, на Японию — 47 922. Доля Саудовской Аравии составила 479 заявок, Ирана — 427, ОАЭ — 216, Турции — 2 119. Эти цифры показывают, что даже наиболее технологически продвинутые страны исламского мира пока уступают ведущим экономикам по масштабам патентной активности.
Одна из главных причин этого разрыва — нехватка исследовательских кадров. В странах ОИС в среднем приходится около 649 исследователей на миллион населения. Среднемировой показатель составляет 2 532, в странах ЕС — 6 494. При этом разброс внутри самого исламского мира огромен: от 8 060 исследователей на миллион в Иордании до 53 в Нигере. Нехватка критической массы учёных ограничивает способность стран генерировать инновации и адаптировать передовые технологии. Исследовательские публикации стран ОИС составляют лишь малую долю от общемирового объёма — по некоторым оценкам, их совокупный вклад в мировую науку сопоставим с показателями одной только Китайской Народной Республики.
Не менее серьёзная проблема — утечка мозгов. Только за 2025 год Пакистан покинули более 727 тысяч человек в поисках работы за рубежом, включая 3 795 врачей, 5 946 инженеров и 1 725 преподавателей. Эти специалисты усиливают научный и экономический потенциал принимающих стран, тогда как государства исламского мира теряют вложенные в их образование ресурсы. Исследования показывают, что эмиграция высококвалифицированных кадров из мусульманских стран связана со слабыми структурами управления, политическими репрессиями, системной небезопасностью и ограниченными возможностями для профессионального роста. Экономические потери от такой миграции для арабских стран оцениваются в десятки миллиардов долларов ежегодно.
Определённую роль играет и структура государственных расходов. Ряд стран ОИС, особенно в регионе Персидского залива, направляют на оборону значительно большую долю бюджета, чем на науку и образование. В Омане военные расходы достигали 8,8% ВВП, в Саудовской Аравии — 8,0%, в Алжире — 6,0%. Среднемировой уровень военных расходов относительно ВВП в последние годы оставался ниже 2%. Значительные ресурсы, которые могли бы быть направлены на развитие исследовательской инфраструктуры и подготовку кадров, уходят на другие цели.
Для сравнения показателен пример Турции. По данным Всемирной организации интеллектуальной собственности, в 2024 году страна с 10 004 национальными патентными заявками поднялась на 10-е место в мире, а в 2025 году увеличила их число ещё на 12% — до 11 394. Турция также стала мировым лидером по доле женщин-изобретателей, подающих заявки в рамках Договора о патентной кооперации (26,1%). Однако по расходам на НИОКР она пока скромнее: 253,5 млрд лир в 2025 году — это лишь 0,40% ВВП и 1,58% государственного бюджета. По цитируемости научных публикаций страна занимает 27-е место в мире, что говорит о разрыве между количеством исследований и их влиянием.
Показатели говорят сами за себя: 0,5% ВВП на науку — это не потолок возможностей исламского мира, а отражение того, как сегодня распределяются приоритеты. Хотя немалая часть исследований в западных университетах и лабораториях во многом обеспечивается выходцами из мусульманских стран, вносящими свой весомый вклад в мировую науку.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана